AddThis Social Bookmark Button
1970-1991 гг.

На закате

Расцвет советской авиации сменился ее закатом. Развал страны в 1991 году сказался и на такой сложной и высокотехнологичной отрасли народного хозяйства как авиация. На смену достижениям, рекордам и массовому серийному выпуску авиационной техники пришел упадок и деградация. 1 декабря 1991 года Министерство авиационной промышленности СССР (МАП СССР) было упразднено. В истории отечественной авиации наступили трудные годы, ряд предприятий входящих ранее в структуру МАП СССР оказался в республиках бывшего СССР без перспектив дальнейшего развития.

Небольшое отступление, характеризующее моральный облик нашего общества. Фрагмент из книги Л.Л.Селякова "Тернистый путь в никуда. Записки авиаконструктора"

Приближался юбилей Главного инженера Харьковского производственного объединения (ХАПО) Льва Петровича Васильченко - 6 сентября 1980г. Ему исполнялось 50 лет.
Перед этой знаменательной датой он с женой отдыхал в Крыму. Решив прервать отпуск, сел на свой "жигуленок" и понесся в Харьков на родной завод.
А тут еще и день рождения его дочери. В районе города Симферополь Лев Петрович не справился с управлением автомобиля, его занесло, и он столкнулся с деревом. В результате и он, и его супруга со значительными травмами попали в больницу. Коллектив ХАПО и я решили навестить Льва Петровича и поздравить его с юбилеем.
И вот группа его близких товарищей прибыла в больницу и должным образом поздравила юбиляра и его супругу.
Переночевав в гостинице, наша группа на заводском автобусе "Икарус" отбыла в Харьков.
Тихий, теплый вечер 7 сентября 1980 г. Уже темнело. Пассажиры, утомленные поездкой, дремлют. Дремлю и я. Перед самым выездом в город у нашего "Икаруса" кончается горючее. В поисках горючего пришлось объехать несколько заправочных станций. Наконец горючее найдено. Автобус подходит к заправочной колонке. Все пассажиры, а они порядки знают, выходят из автобуса и отходят в сторону. Черт меня дернул пойти на территорию заправочной станции. Как только я попал в освещенную часть территории, из открытой двери служебного помещения прямо на меня выкатилось "шарообразное существо" в юбке и обдало меня потоком самой отборной площадной брани. От неожиданности я остановился и посмотрел на "шарообразное существо", вернее, на миловидное женское лицо, изрыгающее поток брани. Я молча повернулся и пошел прочь с территории.
В это время к заправочной колонке подошел автомобиль "Жигули" и мимо меня пробежал водитель, видимо, он очень торопился. Водитель оформил заправку и тоже бегом побежал к "Жигулям". Как только началась заправка, я увидел в руках водителя заправочный шланг со струей горящего бензина. Водитель взмахнул шлангом и облил заднюю часть своего автомобиля горящим бензином и, испугавшись, бросил шланг на землю и убежал.
Надо отдать должное "шарообразному существу", мгновенно обесточившему заправочную станцию. И вот в полной темноте у заправочной колонки горит авто. Я нахожусь между горящим автомобилем и противопожарным стендом. Кругом никого. Мгновенно хватаю огнетушитель и, опрокидывая, его ударяю, как меня давно учили, его головой о землю. Ничего не происходит. Я слышу крик хозяйки станции: "... гвоздик, гвоздик". Ничего, не поняв, я хватаю второй огнетушитель, и он тоже не работает, а крик "... гвоздик, гвоздик!" продолжается. Какой гвоздик!? Авто горит, я один. Понимая, что еще немного, и может взорваться бензобак горящей машины, хватаю совковую лопату и очень энергично засыпаю машину песком, хорошо, он сухой, стараюсь сбить пламя на автомобиле и на земле. Мне это удается.
Пожар потушен. Подбегает "шарообразное существо" и, улыбаясь очаровательной улыбкой, поднимает огнетушитель и показывает на привязанный к нему гвоздик на веревочке. Оказывается, нужно было этот гвоздик вставить в отверстие и только тогда ударить о землю. Все это и было проделано, и для пущей важности автомобиль был по песку облит струей из огнетушителя. Подбежал водитель и, открыв дверь салона, затушил небольшие очаги огня в салоне. Наш автобус возобновил заправку. Во время пожара он отъехал в сторону. Когда автобус был заправлен, все заняли свои места. Все молчали. Среди пассажиров, а они все были мои товарищи по работе, я был самый старший по возрасту. Никто не пришел мне на помощь. Почему?! Я понимал, что мог взорваться бензобак, и это отпугивало людей. Никто не хотел рисковать. Зачем!??
Но ведь товарищ боролся с огнем на виду у всех. Все стояли и только созерцали. Немного болели обожженные руки. Испачкан костюм. Молча, мы доехали до гостиницы, где я проживал. Молча, я махнул "товарищам" рукой и вышел из автобуса. Я зашел в свой номер. Переоделся. Почистил костюм и туфли. Принял душ. Несмотря на очень позднее время, спать не хотелось.
Пережитое на заправочной станции, моя одинокая борьба с огнем, отсутствие простой товарищеской поддержки, удивительное "себялюбие" наших современников - все это мне напомнило случайные и неслучайные разговоры со знакомыми и малознакомыми людьми, их отношение, а вернее полное безразличие, равнодушие к происходящим событиям повседневной нашей жизни. Что может быть страшнее равнодушия? Откуда это равнодушие?
Вспомнились прожитые годы, война, послевоенные трудные годы. Вспомнилась моя жизнь, мое отношение к жизни, и я решил, что может быть нашей современной молодежи необходимо рассказать о прошлом. На примерах, не выдуманных, а действительно имевших место. Без подхалимства, раболепия и чинопочитания! Может быть, воспоминания помогут современным людям, особенно молодежи, перестать быть равнодушными. Может быть?!